ЛоГоВо МаРмЕлАда14 заходи и любуйся
МаРмЕлАд14
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

ЛоГоВо МаРмЕлАда14 заходи и любуйся > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — среда, 19 сентября 2018 г.
Мессье 42: Туманность Ориона Бaгиpа в сообществе Где-то 05:50:48
Обозначения: M42, NGC 1976
Тип: Эмиссионная туманность
Созвездие: Орион

­­


Мессье 42 (NGC 1976, Туманность Ориона) – светящаяся эмиссионная туманность, удаленная на 1344 световых лет. Занимает место в созвездии Орион, а по видимой величине достигает 4. Это одна из ярчайших туманностей, поэтому можно наблюдать без использования техники.
Находится ниже Пояса Ориона. Отображается в виде размытой звезды в Мече Ориона (южнее пояса). Ее видно в бинокль или небольшой телескоп. В небе будет казаться в 4 раза крупнее видимой Луны. В небольшой инструмент удается разрешить 4 ярчайших звезды открытого скопления Трапеции Ориона. Они массивные, яркие и были рождены в М42. Своим свечением освещают туманность.
Вы быстро найдете созвездие Орион, потому что напоминает по форме песочные часы. Сверху и внизу расположены Бетельгейзе и Ригель. Пояс Ориона формируют Альнитак, Альнилам и Минтака. Благоприятный период для обзора – зима.
Площадь туманности – 65 х 69 угловых минут (диаметр – 24 световых лет). По массе превосходит солнечную в 2000 раз. На его территории находятся звездные ассоциации, отражающие туманности и нейтральные облака пыли, газа и ионизированного газа. Входит в группу молекулярных облаков Ориона, где также отмечены туманность Конской головы, Пламя, Петля Барнарда, Мессье 43 и Мессье 78. Этот комплекс тянется на 10 градусов (половина созвездия).
М42 – участок с массивным звездообразованием,­ поэтому выступает излюбленным местом для исследования (позволяет изучить рождение и эволюционные процессы звезд). По всей туманности заметны появления новых звезд. Температурные показатели в центре стоят на отметке в 10000 К.
Звезды скопления Трапеция производят ультрафиолетовые лучи, нагревающие окружающий газ и освещая туманность. Кроме того, звездный ветер создает удивительную форму туманности. Большая часть ультрафиолетовых лучей поступают из Тета 1 Ориона С – наиболее массивная в Трапеции. Ее спектральный тип – O6pe V, а температурная отметка поверхности замирает на 40000 К.
Туманность состоит из нескольких частей, каждая из которых получила персональное название. Яркие участки по бокам – Крылья, а темная линия с севера к светлой области – Рот рыбы. На юге заметно расширение крыла – Меч, а более слабое на западе – Парус. Под скоплением Трапеции также заметна яркая территории – Засов.
В М42 вмещается очень много молодых звезд, которые еще не достигли по возрасту миллиона лет, а также протозвезды, спрятанные в газовых коконах. Всего существует 700 звезд на разных эволюционных этапах. Самым маленьким еще не исполнилось 300000 лет, а ярчайшим – 10000 лет.
Телескоп Хаббл смог уловить больше 150 протопланетных дисков – этап в начале формирования систем.
Полагают, что пройдет еще 100000 лет и большая часть туманности исчезнет, оставив после себя лишь яркое и молодое скопление, окруженное остатками.

Факты
Так как это яркий объект, то о его существовании знали многие древние культуры. О М42 упоминали еще в мифе майя о творении, где туманность играла роль горящих углей.
Сама туманность не упоминалась Птолемеем или Галилеем, хотя они фиксировали звезды и записывали множество объектов. Например, Птолемей увидел в М42 всего лишь одну яркую звезду (130 год н.э.). Это же повторили Тихо Браге (конец 16-го века) и Иоганн Байер (1603). Последний назвал ее Тета Ориона. Галилей в 1610 году заметил три ярких звезды, но не различил вокруг туманность.
Истинную природу объекта выявил Никола-Клод Фабри де Пейреск, следивший за туманностью 26 ноября 1610 года. Первое упоминание в публикации появилось в 1619 году от Иоганна Баптиста Цизата, сравнившего ее с наблюдаемой в 1618 году кометой: «Вижу, как звезды сжимаются в узком пространстве и изливают белый свет, словно облако».
Также Цизат первым бегло описал Трапецию Ориона, отметив, что центральные звезды расположились в форме прямоугольника. Но открытие все же приписывают Галилео Галилею, нашедшему 4 февраля 1617 года три звезды.
Первый эскиз М42 подготовил Кристиан Гюйгенс в 1656 году: «Есть одно явление, которое сложно наблюдать и пока никем не зафиксировано. В мече Ориона близко расположены три звезды. В 1656 году я измерял среднюю при помощи 23-футового рефрактора и обнаружил 12. Три из них практически соприкасаются, а четыре сияли настолько ярко, что этот участок выделялся среди остальных».
Джованни Годиерна первым нарисовал туманность, отобразив три звезды из Трапеции Ориона.
В 1716 году Эдмунд Галлей добавил М42 в свой список туманностей (Мессье 31, Мессье 13, Мессье 22, Омега Центавра, Мессье 11).
4 марта 1769 года Шарль Мессье обнаружил туманность и три звезды Трапеции Ориона: «Красивая туманность в мече Ориона, вокруг звезды Тета. Есть еще три меньших звезды, которые не удается разглядеть без хороших инструментов».
На тот момент М42, а также Плеяды и скопление Ясли были известными объектами, которые было сложно спутать с кометами. Но Мессье все же добавил их в список. О М42 он еще добавил: «Я много раз исследовал эту туманность, наблюдаемую многими астрономами. Лежантиль использовал 8, 15 и 18-футовый рефрактор. Есть также несколько рисунков, которые отличаются. Возможно, эта туманность имеет несколько видов. Выявил 11 звезд, четыре из которых сконцентрированы в центре. Они очень яркие».
Интересно, что Мессье выделил северо-восточную часть туманности в отдельный объект – М43.
К северу от М42 расположено несколько слабых туманностей: NGC 1973, NGC 1975 и NGC 1977. Они частично отражают свет Туманности Ориона. Последнюю нашел Уильям Гершель, а остальные – Генрих Д’Арре.
Это был первый объект глубокого неба, за которым Уильям Гершель наблюдал в 1774 году в свой 6-футовый телескоп: «Природа туманностей такова, что они могут быть связаны с другими. Например, мы располагаем 14 подобными объектами. М42 – крупная и находится в созвездии Ориона. Это самая близкая к нам туманность и предоставляет много полезной информации».
Иоганн Боде писал: «Это замечательная туманность, охватывающая в небе 6’. Видно звезду Тета, описанную Фламстидом как двойная. На востоке от нее замечено еще две. Думаю, что в туманности присутствует как минимум 7 звезд».
В январе 1834 года Уильям Генри Смит писал: «Вижу прекрасную трапецию во Рту рыбы, а также огромную туманность. Птолемей и Тихо Браге оценили звезду Тета в 3-ю величину. Полагаю, что они думали, что все светлое пятно отображало собою единую звезду».
Джон Гершель зарегистрировал туманность как h 360, а потом вписал в Общий Каталог – GC 1179.
В 1865 года Уильям Хаггис применил метод визуальной спектроскопии и выяснил, что туманность состоит из «светящегося газа»: «Призмы разрешали свет ярких частей на три линии. Они указывают на газообразность, а промежутки между ними темные».
М42 стала первой сфотографированной туманностью. Это случилось 30 сентября 1880 года благодаря Генри Дрейперу, использовавшему 11-дюймовый рефрактор и новый метод с сухими пластинами.
Детали разобрали в изображениях Эндрю Коммона в 1883 году. Он также применил сухие пластины и 36-дюймовый рефлектор. Экспозиция занимала час.
Название Трапеция Ориона появилось благодаря Роберту Трюмплеру. Он вычислил, что скопление должно располагаться в 1800 световых годах. Первые снимки туманности получил Хаббл в 1993 году.
Мессье 37 Бaгиpа в сообществе Где-то 05:31:13
Обозначения: M37, NGC 2099
Тип: Рассеянное скопление
Созвездие: Возничий

­­


Мессье 37 (NGC 2099) – открытое скопление, удаленное на 4511 световых лет. Занимает место в созвездии Возничий, а по видимой величине достигает 6.2. Если брать только конкретное созвездие, то среди трех открытых скоплений М37 опережает всех по размерам, количеству звезд и яркости.
Чтобы его найти, для начала отыщите пятиугольник, сформированный звездами Возничего. Само созвездие располагается в северном небесном участке, а именно северо-восточнее Тельца и северо-западнее Близнецов.
Северная точка в пятиугольнике – Капелла. Восточнее находится Бета Возничего, а южнее – Тета Возничего. М37 расположено на востоке от воображаемой линии между Тета Возничего и Нат (в Тельце).
Если вы используете для наблюдения бинокль 10 х 50, то скопление покажется туманным светлым участком. Но вариант 20 х 80 откроет более полноценный вид и ярчайшие звезды. Маленький телескоп отобразит 12 звезд, а уже 8-дюймовый – сотни. Благоприятный период для обзора – декабрь-февраль.
Для наблюдателя с Земли М37 располагается в направлении противоположному галактическому центру. При возрасте в 347-550 миллионов лет вмещает примерно 12 красных гигантов. Класс наиболее горячей из них – B9 V.
Скопление относится к типу Трамплер I 1 r или 1.2 r – отдельное скопление с заметной концентрацией в центре, чьи звезды обладают примерно одинаковой яркостью или находятся в умеренном диапазоне, а количество звезд – больше 100.
На территории М37 проживают 500 звезд, среди которых больше 150 превосходят величину 12.5. По массе скопление превышает солнечную в 1500 раз. На один орбитальный путь вокруг галактического центра уходит 219.3 миллионов лет.
Площадь – 24 угловых минуты (20-25 световых лет). Но приливной радиус достигает 46-59 световых лет (дистанция, на которой звезды подчиняются гравитации скопления).
В 1654 году М37 обнаружил Джованни Годиерна. Интересно, что в 1749 году Гийом Лежантиль нашел М36 и М38, но пропустил это скопление. И это странно, так как среди них М37 самое яркое.
2 сентября 1764 года скопление записал Шарль Мессье: «Второе скопление не было сильно отдалено от первого. Находится у правой ноги Возничего. Эти звезды меньше, чем у предыдущего, но они также расположены близко. Использовал 3-футовый телескоп, в который сложно разглядеть объекты».
В ноябре 1774 года за скоплением следил Иоганн Боде: «На западе созвездия Возничий, ниже звезды Тета нашел туманную звезду. Наблюдал в 7-футовый телескоп, в котором звезды были вытянутыми и слабыми».
В 1827 году скопление зарегистрировал Джон Гершель (h 369): «очень крупное скопление, чьи звезды достигают 10-13-й величины. Занимает 1.5 градуса в поле, но рассеянные звезды тянутся на большое расстояние. Их количество может приближаться до 500». Позже он добавит его в Общий каталог как GC 1295.
В октябре 1836 года Уильям Генри Смит писал: «Возле левой ноги Возничего вижу двойную звезду. Это великолепное зрелище, причем группа расширяется до 500 звезд с величиной 10-14. Мессье описывал его в качестве звездной массы, окутанной туманным веществом. Но в мой телескоп этот туман рассеивается, и я отчетливо вижу звезды».
Достоверность адреса при государственной регистрации Alexander Kirpikov 05:05:31
 Налоговый орган при создании юридического лица требует документы, подтверждающие достоверность адреса? Тогда вам нужно знать о том, имеет ли он на это право. Подробнее см. http://kirpikov.ru/­faq/dostovernost-adr­esa-pri-gosudarstven­noj-registracii/

Поделитесь ссылкой в социальных сетях!

Составим исковое заявление в суд, заявление о вынесении судебного приказа, возражения на судебный приказ и иные юридические документы http://kirpikov.ru/­service/iskovoe-zaya­vlenie/

Если вам требуются юридические услуги, запишитесь на юридическую консультацию по телефонам: 8 (922) 98-98-223, (922) 98-98-224 или по е-mail: info@kirpikov.ru

ПОМНИТЕ, к юристу, как и к врачу, нужно обращаться вовремя!

Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях:
ВКонтакте: https://vk.com/kirp­ikovru
Facebook: https://www.faceboo­k.com/kirpikovru/
Instagram: https://www.instagr­am.com/kirpikov.ru/
Twitter: https://twitter.com­/kirpikovru
Одноклассники: https://ok.ru/kirpi­kovru
Google+: https://plus.google­.com/u/0/10239362588­5031203961
Youtube: https://www.youtube­.com/channel/UCGQHqs­XxsBuO5J3-QlKgBtg

ОБРАЩАЙТЕСЬ к нам http://kirpikov.ru/­faq/, и мы ответим на все интересующие Вас вопросы!

Категории: Kirpikov, Адрес, Арбитражный суд, Кирпиков, Регистрация, Фнс, Юридическое лицо, Юрист
Вчера — вторник, 18 сентября 2018 г.
Art by .... Золя КрАсных в сообществе ~SnapeMore ~ 17:19:19
­­


Категории: Комикс, Северус
- foresthead 13:49:57
таково твое влияние: я с детства считала, что страх и отвращение - что-то вроде моей черты характера
неотделимая часть меня
непрерывный поток, естественный в повседневной жизни, не выбивающийся за рамки обычного для всех распорядка будничной недели

река не выходит из берегов
суббота, 15 сентября 2018 г.
v'ebite mne white demоn 10:47:12

ТВОИ ПЛАСТИН­КИ СЛУШАЛА­ Я И В КАЖДОЙ НАХОДИЛ­А СЕБЯ

@
ПОНИМАЕШЬ, КАК НУЖНО СДЕЛАТЬ ПРАВИЛЬНО
@
конечно же НЕ ПОСТУПАЕШЬ ТАК

Категории: Лул;
четверг, 13 сентября 2018 г.
О друзьях. Сноуви 14:58:19
Если бы у меня был реальный друг, я бы- я бы-...
Я...
...
Не знаю. Я не знаю. У меня нет реального, физического друга, который знал бы о моих тараканах и мог бы меня понять. У меня есть родная сестра, которая хорошо знает меня и мои увлечения, но даже она не знает о моей депрессии. Есть двоюродная, которая знает о моей депрессии, но не знает моих увлечений и не знает, что именно я подразумеваю под словом "депрессия". Не знает моих проблем с чувствами.
В принципе, никому и не нужно знать, верно? Это не то, что выносят на всеобщее обозрение (хотя именно этим я сейчас и занимаюсь) или рассказывают при первой встрече. Но это в жизни. Здесь, в Дневнике, я могу себе позволить немного раскрыться и хотя бы немного выплеснуть то, что творится внутри. Поделиться своими чувствами, точнее, их жалкими остатками. И наконец вздохнуть.

Но это не то. Я могу раскрыться здесь, но от этого не перестану ощущать себя...так. Одиноко. Был бы у меня реальный друг, я бы-
Я бы, наверное, всё равно притворялась?
Потому что уже не умею по-другому. Я так долго одна, что мне уже просто физически сложно кому-то открыться. Ведь гораздо легче смолчать с улыбкой. Зачем пускаться в эти сложные объяснения своих чувств, если можно рассмеяться и сказать что-то типа: "Да ты что, сбрендил что ли? Я? Несчастна?! Да сплюнь! Я самый счастливый человек!"
И плевать, что я забыла, что такое радость, когда хочется смеяться и любить всё вокруг просто так. В те редкие моменты, когда я испытываю слабое подобие радости, я считаю себя по-настоящему счастливой. Потому что в сравнении с моим обычным подавленным состоянием Это - счастье. Хех. И не меньше.

...иногда я предстааляю, как бы выглядел Дрим, мой воображаемый друг, в данный момент. Например, вот сейчас я печатаю этот текст. А что бы он делал сейчас? Он сидит рядом на стуле и скучающе обводит взглядом комнату. Мы с ним редко говорим, и обычно он вынужден сам находить себе развлечения. Но за что я ему благодарна, так это за то, что, как бы ему со мной не было скучно, он не уходит. Я знаю, что он не может уйти, потому что такова природа тульп. Потому что, если он уйдет, он умрет. Но он не уходит. Возможно, просто хочет жить?..
Я эгоистично стараюсь об этом не думать.
А ещё, когда мне становится плохо (душевно) он обнимает меня, гладит по голове, и в голове я слышу его шепот. Я не могу разобрать слов, да и не хочу особо, потому что слова для меня мало что значат, но от этого становится спокойнее. Я чувствую тепло его тела. Как кожа под его ладонями согревается, приятно обжигаясь. Он выше меня, и в такие моменты мне становится уютно. Кажется, будто он закрывает меня от всего мира. С ним я способна пережить приступы хандры и побороть малодушное желание сбежать в темное и укромное место.
А я ведь долго не давала ему имя. Лишь после того, как увлеклась Ардертейлом и полюбила некоторых Сансов, задумалась об этом. Стала подбирать имя, и на ум сразу пришло "Санс". Соблазн был велик, но ему не шло это имя. Он был не Сансом, точнее, не оригинальным ленивым Сансом, а кем-то другим. В голове пронеслось: "Тогда может ИнкЭррорДримКроссНа­йтмерДастХоррор...?"­
Ненене, воображение, ты что-то разыгралось. Какой Инк, ты чё? Какой Хоррор? Ты хочешь, чтобы этот "друг" меня сожрал заживо? Нененененене.
Подумав ещё раз, я окончательно решила назвать его Дримом. Дрим. А что. Он же Хранитель позитивных эмоций (которых мне так не хватает) и заодно Хранитель хороших снов. А что. Отличный выбор. Почему бы и нет.
Так и получил Дрим своё первое и официальное имя. Ну и заодно стал для меня ещё более живым. Да, он всего лишь тульпа, воображаемый друг для одинокой девочки-переростка,­ но что такого? От этого кому-то плохо? Лично мне даже наоборот. У меня хоть появилась моральная поддержка и кто-то, кто уж точно знает обо мне всё. И кто не покинет меня, если мне станет "хуже".

Найду ли я когда-нибудь такого друга среди людей? Не знаю. Мне очень хочется верить в это. Но, смотря на окружающих, я начинаю сомневаться в этом. Кому я такая нужна?..
среда, 12 сентября 2018 г.
Невиновен потому пусть сидит дальше Алексей Рекс 18:50:27
Наверное за шумом новостей о переговорах во Владивостоке, мало кто обратил внимание на новость, которую между прочим то же освещало ТВ - а именно вот:
https://www.rbc.ru/­nsk/12/09/2018/5b988­73a9a79470b3bc709c5
Верховный суд заменил серийному убийце пожизненное заключение на меньший срок.

Тут есть два момента, которые взрывают мозг:
1) убивать кого-либо нельзя. Потому что если сегодня оказывается что всё-таки убивать проституток можно - то завтра станет можно убивать кого угодно
2) самое главное - так обвиняемый виновен или нет?

Потому что если суд из 12 идиотов-присяжных постановил что что виновен - то по закону значит виновен.
Но если Верховный суд решает, что обвиняемый не виновен - то его нужно срочно выпустить. Человек безвинно сидит.
Или всё-таки не безвинно? Того кто убил 19 человек, с которыми он не был знаком, которые лично ему ничего плохого не сделали - ну как минимум такого опасно выпускать на свободу. Может быть его надо не в тюрьме, а в спецлечебнице держать, как покушавшегося на Горбачёва. С хорошим обрашением, на успокоительных - но никак не на свободе. Ибо явно у такого убийцы что-то не то с головой. А ему просто сократили срок отсидки. Меньше чем по 1 году за каждую жертву. Ха! Да за хулиганку и то больше дают, чем этому дали за жестокие убийства с расчленёнкой. Вот он посидит ещё годик-другой, да и попадёт под амнистию за примерное поведение. И снова примется за старое.

хотя может адвокат прав и его подзащитный не виновен. Но тогда его нужно выпустить, а не сокращать срок. Короче суд колеблется, а в итоге либо безвинный сидит ни за что, либо скоро на свободе окажется маньяк и убийства возобновятся
Триумфальная арка Энтрери . ADF 11:28:57
Дочитано 19.03.2016


Эрих Мария Ремарк


Подробнее…­­Опять кому-то некуда идти, подумал он. Это следовало предвидеть. Всегда одно и то же. Ночью не знают, куда деваться, а утром исчезают прежде, чем успеешь проснуться. По утрам они почему-то знают, куда идти. Вечное дешевое отчаяние – отчаяние ночной темноты. Приходит с темнотой и исчезает вместе с нею.

– Выпейте еще. Толку, конечно, будет мало, зато согревает. И что бы с вами ни случилось – ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным.

Даже в самые тяжелые времена надо хоть немного думать о комфорте. Старое солдатское правило.

На белом столе лежало то, что еще несколько часов назад было надеждой, дыханием, болью и трепещущей жизнью. Теперь это был всего лишь труп, и человек-автомат, именуемый сестрой Эжени и гордившийся тем, что никогда не совершал ошибок, накрыл его простыней и укатил прочь. Такие всех переживут, подумал Равик. Солнце не любит эти деревянные души, оно забывает о них. Потому-то они и живут бесконечно долго.

Разве ему понять эту бездыханность, это напряжение, когда нож вот-вот сделает первый разрез, когда вслед за легким нажимом тянется узкая красная полоска крови, когда тело в иглах и зажимах раскрывается, подобно занавесу, и обнажается то, что никогда не видело света, когда, подобно охотнику в джунглях, ты идешь по следу и вдруг – в разрушенных тканях, опухолях, узлах и разрывах лицом к лицу сталкиваешься с могучим хищником – смертью – и вступаешь в борьбу, вооруженный лишь иглой, тонким лезвием и бесконечно уверенной рукой… Разве ему понять, что ты испытываешь, когда собранность достигла предельного, слепящего напряжения и вдруг в кровь больного врывается что-то загадочное, черное, какая-то величественная издевка – и нож словно тупеет, игла становится ломкой, а рука непослушной; когда невидимое, таинственное, пульсирующее – жизнь – неожиданно отхлынет от бессильных рук и распадается, увлекаемое призрачным, темным вихрем, который ни догнать, ни прогнать… когда лицо, которое только что еще жило, было каким-то «я», имело имя, превращается в безымянную, застывшую маску… какое яростное, какое бессмысленное и мятежное бессилие охватывает тебя… разве ему все это понять… да и что тут объяснишь?

Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого?

– Вы провансалец? – спросил он спокойно. Хозяин осекся.
– Нет. А что? – ошарашенно спросил он.
– Так, ничего. Мне просто хотелось вас прервать. Лучше всего это удается с помощью бессмысленного вопроса. Иначе вы проговорили бы еще целый час.
– Мсье! Кто вы такой? Что вам нужно?
– Наконец-то мы дождались от вас разумных слов.
Хозяин окончательно пришел в себя.

Он вытащил из кармана бумажку с именем, разорвал и выбросил. Забыть… Какое слово! В нем и ужас, и утешение, и обман! Кто бы мог жить, не забывая? Но кто способен забыть все, о чем не хочется помнить? Шлак воспоминаний, разрывающий сердце. Свободен лишь тот, кто утратил все, ради чего стоит жить.

­­– Но когда у человека уже нет ничего святого – все вновь и гораздо более человечным образом становится для него святым. Он начинает чтить даже ту искорку жизни, какая теплится даже в червяке, заставляя его время от времени выползать на свет. Не примите это за намек.
– Меня вам не обидеть. В вас нет ни капли веры, – Эжени энергично оправила халат на груди. – У меня же вера, слава Богу, есть!
Равик взял свое пальто.
– Вера легко ведет к фанатизму. Вот почему во имя религии пролито столько крови, – он усмехнулся, не скрывая издевки. – Терпимость – дочь сомнения, Эжени. Ведь при всей вашей религиозности вы куда более враждебно относитесь ко мне, чем я, отпетый безбожник, к вам. Разве нет?

Равик еще ни разу не был у Вебера. Тот от души позвал его к себе, а получилась обида. От оскорбления можно защититься, от сострадания нельзя.

– Что с ней делать?
– Поставь куда-нибудь. Любую вещь можно куда-нибудь поставить. Места на земле хватает для всего. Только не для людей.

– Нигде ничто не ждет человека, – сказал Равик. – Всегда надо самому приносить с собой все.

– Я… я должна была относиться к нему иначе… я была…
– Забудьте об этом. Раскаяние – самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее.

- Эжени, почему набожные люди так нетерпимы? Самый легкий характер у циников, самый невыносимый – у идеалистов. Не наталкивает ли это вас на размышления?

– Человек велик в своих замыслах, но немощен в их осуществлении. В этом и его беда, и его обаяние.

Помогай, пока можешь… Делай все, что в твоих силах… Но когда уже ничего не можешь сделать – забудь! Повернись спиной! Крепись! Жалость позволительна лишь в спокойные времена. Но не тогда, когда дело идет о жизни и смерти. Мертвых похорони, а сам вгрызайся в жизнь! Тебе еще жить и жить. Скорбь скорбью, а факты фактами. Посмотри правде в лицо, признай ее. Этим ты нисколько не оскорбишь память погибших. Только так можно выжить.

Когда жизнь так беспокойна, лучше не привыкать к слишком многим вещам. Ведь их всякий раз приходилось бы бросать или брать с собой. А ты каждую минуту должен быть готов отправиться в путь. Потому и живешь один. Если ты в пути, ничто не должно удерживать тебя, ничто не должно волновать. Разве что мимолетная связь, но ничего больше.

Давно, давно он уже не ждал никого так, как сегодня. Что-то незаметно прокралось в него. Неужто оно опять зашевелилось? Опять задвигалось? Когда же все началось? Или прошлое снова зовет из синих глубин, легким дуновением доносится с лугов, заросших мятой, встает рядами тополей на горизонте, веет запахом апрельских лесов? Он не хотел этого. Не хотел этим обладать. Не хотел быть одержимым. Он был в пути.
Равик поднялся и стал одеваться. Не терять независимости. Все начиналось с потери независимости уже в мелочах. Не обращаешь на них внимания – и вдруг запутываешься в сетях привычки. У нее много названий. Любовь – одно из них. Ни к чему не следует привыкать. Даже к телу женщины.

Равик улыбнулся.
– Если хочешь что-либо сделать, никогда не спрашивай о последствиях. Иначе так ничего и не сделаешь.

- Мы слишком много времени торчим в комнатах. Слишком много думаем в четырех стенах. Слишком много живем и отчаиваемся взаперти. А на лоне природы разве можно впасть в отчаяние?
– Еще как!
– Опять-таки потому, что мы очень привыкли к комнатам. А сольешься с природой – никогда не станешь отчаиваться. Да и само отчаяние среди лесов и полей выглядит куда приличнее, нежели в отдельной квартире с ванной и кухней. И даже как-то уютнее. Не возражай! Стремление противоречить свидетельствует об ограниченности духа, свойственной Западу. Скажи сам – разве я не прав? Сегодня у меня свободный вечер, и я хочу насладиться жизнью. Замечу кстати, мы и пьем слишком много в комнатах.

­­ – Посмотри, что с нами стало? Насколько мне известно, только у древних греков были боги вина и веселья – Вакх и Дионис. А у нас вместо них – Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике. Скучная мы порода, не правда ли? – Морозов хитро подмигнул.
– Старый, черствый циник, обуреваемый мечтами, – сказал Равик.
Морозов ухмыльнулся.
– Жалкий романтик, лишенный иллюзий и временно именуемый в этой короткой жизни Равик.

– Жила-была волна и любила утес, где-то в море, скажем, в бухте Капри. Она обдавала его пеной и брызгами, день и ночь целовала его, обвивала своими белыми руками. Она вздыхала, и плакала, и молила: «Приди ко мне, утес!» Она любила его, обдавала пеной и медленно подтачивала. И вот в один прекрасный день, совсем уже подточенный, утес качнулся и рухнул в ее объятия.
Равик сделал глоток.
– Ну и что же? – спросила Жоан.
– И вдруг утеса не стало. Не с кем играть, некого любить, не о ком скорбеть. Утес затонул в волне. Теперь это был лишь каменный обломок на дне морском. Волна же была разочарована, ей казалось, что ее обманули, и вскоре она нашла себе новый утес.

– Жоан, любовь – не зеркальный пруд, в который можно вечно глядеться. У нее есть приливы и отливы. И обломки кораблей, потерпевших крушение, и затонувшие города, и осьминоги, и бури, и ящики с золотом, и жемчужины… Но жемчужины – те лежат совсем глубоко.
– Об этом я ничего не знаю. Любовь – это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда.
Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

– Странно, – сказала она. – Мне бы радоваться… А я не радуюсь…
– Так бывает всегда при расставании, Кэт. Даже когда расстаешься с отчаянием.
Она стояла перед ним, полная трепетной жизни, решившаяся на что-то и чуть печальная.
– Самое правильное при расставании – уйти, – сказал Равик. – Пойдемте, я провожу вас.

– Тогда плохи наши дела, – проговорил он.
– Почему?
– Через несколько недель ты узнаешь меня еще лучше и я стану для тебя еще менее неожиданным.
– Так же, как и я для тебя.
– С тобой совсем другое дело.
– Почему?
– На твоей стороне пятьдесят тысяч лет биологического развития человека. Женщина от любви умнеет, а мужчина теряет голову.

Но разве она не права? Разве красота может быть неправой? Разве вся правда мира не на ее стороне?

Острова ни от чего не спасают. Тревогу сердца ничем не унять. Скорее всего теряешь то, что держишь в руках, когда оставляешь сам – потери уже не ощущаешь.

Клочок бумаги! Все сводится к одному: есть ли у тебя этот клочок бумаги. Покажи его – и эта тварь тут же рассыплется в извинениях и с почетом проводит тебя, будь ты хоть трижды убийцей и бандитом, вырезавшим целую семью и ограбившим банк. В наши дни даже самого Христа, окажись он без паспорта, упрятали бы в тюрьму. Впрочем, он все равно не дожил бы до своих тридцати трех лет – его убили бы намного раньше.

– Зачем весь этот разговор? Я немного устал, мне надо снова привыкать ко всему. Это действительно так. Странно, как много думает человек, когда он в пути. И как мало, когда возвращается.

Она выпрямилась и откинула назад волосы.
– Ты не смеешь оставлять меня одну. Ты отвечаешь за меня.
– Разве ты одна?
– Ты отвечаешь за меня, – повторила она и улыбнулась.
Какую-то долю секунды ему казалось, что он ненавидит ее, ненавидит за эту улыбку, за ее тон.
– Не болтай глупостей, Жоан.
– Нет, ты отвечаешь за меня. С нашей первой встречи. Без тебя…
– Хорошо. Видимо, я отвечаю и за оккупацию Чехословакии… А теперь хватит. Уже рассвело, тебе скоро идти.
– Что ты сказал? – Она широко раскрыла глаза. – Ты не хочешь, чтобы я осталась?
– Не хочу.
– Ах вот как… – произнесла она тихим, неожиданно злым голосом. – Так вот оно что! Ты больше не любишь меня!
– Бог мой, – сказал Равик. – Этого еще не хватало. С какими идиотами ты провела последние месяцы?

­­– И зачем только живет человек?
– Чтобы размышлять над смыслом жизни. Есть еще вопросы?
– Есть. Почему, вдоволь поразмыслив и в конце концов набравшись ума, он тут же умирает?
– Немало людей умирают, так и не набравшись ума.
– Не увиливай от ответа. И не вздумай пересказывать мне старую сказку о переселении души.
– Я отвечу, но сперва позволь задать тебе один вопрос. Львы убивают антилоп, пауки – мух, лисы – кур… Но какое из земных существ беспрестанно воюет и убивает себе подобных?
– Детский вопрос. Ну конечно же, человек – этот венец творения, придумавший такие слова как любовь, добро и милосердие.
– Правильно. Какое из живых существ способно на самоубийство и совершает его?
– Опять-таки человек, выдумавший вечность, Бога и воскресение.
– Отлично, – сказал Равик. – Теперь ты видишь, что мы сотканы из противоречий. Так неужели тебе все еще непонятно, почему мы умираем?
Морозов удивленно посмотрел на него.
– Ты, оказывается, софист.

Слова, подумал Равик… Сладостные слова. Нежный, обманчивый бальзам. Помоги мне, люби меня, будь со мною, я вернусь – слова, приторные слова, и только. Как много придумано слов для простого, дикого, жестокого влечения двух человеческих тел друг к другу! И где-то высоко над ним раскинулась огромная радуга фантазии, лжи, чувств и самообмана!.. Вот он стоит в этой ночи расставания, спокойно стоит в темноте, а на него льется дождь сладостных слов, означающих лишь расставание, расставание, расставание… И если обо всем этом говорят, значит, конец уже наступил. У бога любви весь лоб запятнан кровью. Он не признает никаких слов.

В древнегреческом отделе перед Венерой Милосскои шушукались какие-то девицы, нисколько на нее не похожие. Равик остановился. После гранита и зеленоватого сиенита египтян мраморные скульптуры греков казались какими-то декадентскими. Кроткая пышнотелая Венера чем-то напоминала безмятежную, купающуюся домохозяйку. Она была красива и бездумна. Аполлон, победитель Пифона, выглядел гомосексуалистом, которому не мешало бы подзаняться гимнастикой. Греки были выставлены в закрытом помещении, и это их убивало. Другое дело египтяне: их создавали для гробниц и храмов. Греки же нуждались в солнце, воздухе и колоннадах, озаренных золотым светом Афин.

Я медленно бреду мимо этих витрин, полных сверкающей мишуры и драгоценностей. Я засунул руки в карманы и иду, и кто ни посмотрит на меня, тот скажет, что я просто вышел на обычную вечернюю прогулку. Но кровь во мне кипит, в серых и белых извилинах студенистой массы, именуемой мозгом, – ее всего-то с две пригоршни, – бушует незримая битва, и вот вдруг – реальное становится нереальным, а нереальное – реальным. Меня толкают локтями и плечами, я чувствую на себе чужие взгляды, слышу гудки автомобилей, голоса, слышу, как бурлит вокруг меня обыденная, налаженная жизнь, я в центре этого водоворота – и все же более далек от него, чем луна… Я на неведомой планете, где нет ни логики, ни неопровержимых фактов, и какой-то голос во мне без устали выкрикивает одно и то же имя. Я знаю, что дело не в имени, но голос все кричит и кричит, и ответом ему молчание… Так было всегда. В этом молчании заглохло множество криков, и ни на один не последовало ответа. Но крик не смолкает. Это ночной крик любви и смерти, крик исступленности и изнемогающего сознания, крик джунглей и пустыни. Пусть я знаю тысячу ответов, но не знаю единственного, который мне нужен, и не узнаю никогда, ибо он вне меня и мне его не добиться…

Прекрасная женщина, лежащая перед ним, мертва. Она сможет еще жить, но, в сущности, она мертва. Засохшая веточка на древе поколений. Цветущая, но уже утратившая тайну плодоношения. В дремучих папоротниковых лесах обитали огромные человекоподобные обезьяны. Они проделали сложную эволюцию на протяжении тысяч поколений. Египтяне стоили храмы; расцвела Эллада; непрерывно продолжался таинственный ток крови, вздымавшийся все выше и выше, пока не появилась эта женщина; теперь она бесплодна, как пустой колос, и ей уже не продолжить себя, не воплотиться в сына или в дочь. Грубая рука Дюрана оборвала цепь тысячелетней преемственности. Но разве и сам Дюран не есть результат жизни тысячи поколений? Разве не цвела также и для него, для его поганой бороденки Эллада и эпоха Ренессанса?

Кэт сидела в углу и молчала. Равик курил. Он видел огонек сигареты, но не чувствовал дыма, словно в полутьме машины сигарета лишилась своей материальности. Постепенно все стало казаться ему нереальным – эта поездка, этот бесшумно скользящий под дождем автомобиль, улицы, плывущие мимо, женщина в кринолине, притихшая в уголке, отсветы фонарей, пробегающие по ее лицу, руки, уже отмеченные смертью и лежащие на парче так неподвижно, словно им никогда уже не подняться, – призрачная поездка сквозь призрачный Париж, пронизанная каким-то ясным взаимопониманием и невысказанной, беспричинной грустью о предстоящей разлуке.
­­
Кэт попросила шофера остановиться.
Они прошли несколько кварталов вверх, свернули за угол, и вдруг им открылся весь Париж. Огромный, мерцающий огнями, мокрый Париж. С улицами, площадями, ночью, облаками и луной. Париж. Кольцо бульваров, смутно белеющие склоны холмов, башни, крыши, тьма, борющаяся со светом. Париж. Ветер, налетающий с горизонта, искрящаяся равнина, мосты, словно сотканные из света и тени, шквал ливня где-то далеко над Сеной, несчетные огни автомобилей. Париж. Он выстоял в единоборстве с ночью, этот гигантский улей, полный гудящей жизни, вознесшийся над бесчисленными ассенизационными трубами, цветок из света, выросший на удобренной нечистотами почве, больная Кэт, Монна Лиза… Париж…
– Минутку, Кэт, – сказал Равик. – Я сейчас.
Он зашел в кабачок, находившийся неподалеку. В нос ударил теплый запах кровяной и ливерной колбасы. Никто не обратил внимания на его наряд. Он попросил бутылку коньяку и две рюмки. Хозяин откупорил бутылку и снова воткнул пробку в горлышко.
Кэт стояла на том же месте, где он ее оставил. Она стояла в своем кринолине, такая тонкая на фоне зыбкого неба, словно ее забыло здесь какое-то другое столетие и она вовсе не американка шведского происхождения, родившаяся в Бостоне.
– Вот вам, Кэт. Лучшее средство от простуды, дождя и треволнений. Выпьем за город, раскинувшийся там, внизу.
– Выпьем, – она взяла рюмку. – Как хорошо, что мы поднялись сюда, Равик. Это лучше всех празднеств мира.
Она выпила. Свет луны падал на ее плечи, на платье и лицо.
– Коньяк, – сказала она. – И даже хороший.
– Верно. И если вы это чувствуете, значит, все у вас в порядке.
– Дайте мне еще рюмку. А потом спустимся в город, переоденемся и пойдем в «Шехерезаду». Там я отдамся сентиментальности и упьюсь жалостью к самой себе. Я попрощаюсь со всей этой мишурой, а с завтрашнего дня примусь читать философов, составлять завещание и вообще буду вести себя достойно и сообразно своему положению.


Категории: Книги, Цитаты


ЛоГоВо МаРмЕлАда14 заходи и любуйся > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
Делаю Видео-аватары и статику)))деш...
...
Помогите(
пройди тесты:
Попали вы, ребятки! Россия это не...
Скажи мне слово и я скажу какой ты цвет
.
читай в дневниках:
о мада-мада.
о страхе и его преодолении.
о будущем.

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх